Добро пожаловать на форум «В кругу Друзей» Становитесь участниками моего проекта, обращайтесь к размещённой в нем информации: знакомьтесь с новостями, присоединяйтесь к проектам, обсуждайте актуальные проблемы, развивайте интересные идеи!
Константин

Проблемы карельских лаек. Л.Гибет “Охота и охотничье хозяйство” №3 – 2013

Recommended Posts

Л.Гибет, кандидат биологических наук, эксперт-кинолог всесоюзной категории

“Охота и охотничье хозяйство” №3 – 2013 

 

Непростая история складывается с российской породой карельской лайки, которую мы имеем шанс поте­рять. Часто люди лишь со временем на­чинают понимать какими они облада­ют сокровищами. Так и мы, хотя обла­даем с незапамятных времен и уже бо­лее 80-ти лет занимаемся специальным разведением, только сейчас ужасну­лись от того, что можем потерять або­ригенную породу северо-запада Рос­сии — рыжую остроушку — карельскую лайку.

История появления небольшой ры­жей собаки включает в себя мало све­дений. Мы предполагаем, что эта остроушка сопровождала человека, начи­ная с каменного века. И судим об этом по нахождению останков так называе­мой «торфяной собаки», собаки людей, живших в свайных постройках. И под­тверждением этому служат костные ос­танки, почти идентичные скелетам со­временных карелок и, может быть, русско-европейских лаек. Во всяком слу­чае, в настоящее время это две самые близкие по своему строению и психи­ческим качествам породы.

Предки карельских лаек населяли всю Восточную Европу, что подтверж­дается тем, что в настоящее время по обеим сторонам Волги сохранились пространства, заселенные мордвой и марийцами — ближайшими родствен­никами карел. Эти народы до недав­него времени владели аборигенными лайкоидными собаками. В 1959 и 1960 гг. охотовед Ю. Петров в отдален­ных марийских деревнях находил не­больших однотипных явно породных лаек, в том числе и рыжих, очень похо­жих на современных карельских лаек. Ю. Петров писал («Охота и охотни­чье хозяйство», №2, 1963), что в ма­рийских деревнях совершенно нет не­породных собак, дворняжек или поме­сей. Он провел экспертизу 89 лаек, и оказалось, что 38 собак (45,8%) полу­чили за породность и экстерьер «очень хорошо» и «хорошо», причем собакам снижали оценку за небольшой рост.

Марийцы живут в лесном крае, а ос­новная территория Восточной Европы все больше и больше заселялась в X—XI вв. славянами, которые активно развивали сельское хозяйство и оттесняли корен­ное население на север и северо-запад, где дольше всего сохранялся естествен­ный быт людей (охота, рыбная ловля) и сопутствующие ему собаки.

Первым серьезным трудом, посвя­щенным изучению остроухих собак Рос­сии, был «Альбом северных собак лаек», составленный князем А.А. Ширинским-Шихматовым и опубликован­ный в 1895 г. Во время своих много­численных поездок на охоты на мед­ведя, а затем специально с целью изу­чения северных остроухих собак, в Олонецкую, Архангельскую, Вологодскую, Костромскую и Вятскую губернии князь в альбоме привел карту-схему распро­странения отродий лаек. Обозначенная на карте территория, включающая в себя современную Карелию, Финлян­дию, северо-западную часть Архангель­ской и северную Ленинградской обла­стей, заселяли финно-карельские лай­ки, названные так автором.

Впервые осознанное разведение лаек началось в г. Ленинграде, который яв­лялся значительным кинологическим центром. В этот центр попадали остро­ухие собаки, привезенные в основном из Карелии и окрестных областей. Пер­вое время на выставки выводили еди­ничные экземпляры лаек, но вскоре пришлось организовывать самостоя­тельные ринги этих собак. Первоначаль­но все лайки разных мастей и разме­ров ходили в одном ринге, но вскоре было замечено, что собаки рыжего и шакальего (серо-рыжего) окрасов все­гда более мелкие и обладают сходны­ми, присущими им, особенными черта­ми экстерьера. Кинологи, среди кото­рых ведущими были Е. Леонтьева и А.П. Бармасов, заметили эти признаки, а кроме того яркие отличительные черты в характере (живость, внимательное отношение к хозяевам), уже в 20-х гг. XX в. попробовали спаривать рыжих остроушек между собой и получили от­личный результат: собаки стабильно передавали свои черты потомству. Все потомство было достаточно однород­ным: имело рыжий окрас, небольшой рост и характерное строение головы. Все владельцы этих собак подчеркива­ли их необычайную привязанность к себе, стремление к охоте и охране дома. Таким образом, уже в 20-гг. XX века будущая порода карело-финских лаек была выявлена русскими кинологами.

Наверное, в 50 — 60-х гг. то же можно было сделать и в Марийской республи­ке и создать национальную породу - марийская лайка. К сожалению, энтузи­астов не нашлось.

Энтузиасты, занимавшиеся разведе­нием рыжих собак, которыми руково­дили Е. Леонтьева и А.П. Бармасов, приняли для них временный стандарт, то есть скорее описание, и карело-фин­ские лайки оказались первыми как бы стандартизированными из остальных лаек, породы которых были озвучены только в 1947 г., а стандарты утверж­дены в 1952 г. До этого существовали многочисленные так называемые «от­родья» северных остроухих собак, на базе которых только после 1947 г. ста­ли формировать породы лаек.

Надо учесть, что «порода — это це­лостная группа животных одного вида, созданная трудом человека, в опреде­ленных социально-экономических усло­виях... отличающаяся от других пород характерными признаками продуктив­ности...» в нашем случае — охотничьи­ми качествами.

В конце 20-х гг. XX в. в Ленинграде уже были выдающиеся представители карело-финских лаек. Например, на первых полевых испытаниях лаек по белке, которые проводило Ленинград­ское общество кровного собаководства (ЛООКС) 30 декабря 1928 г. и которые судили А.П. Бармасов, П.Ф. Пупышев и В.В. Шлок, принимали участие 4 лай­ки, и победительницей среди них ста­ла карелка Нора И.И. Киселева.

В 1934 г. была организована первая испытательная станция лаек, вырабо­тана определенная система эксперти­зы на полевых испытаниях. Первые полевые состязания лаек в работе по белке проводились на ней 24 и 25 ян­варя 1937 г. и на них 1-е место с дип­ломом II степени при 78 баллах заняла карело-финская лайка Марс П.Н. Кожа- нова, а второе — Нора И.И. Киселева при 74 баллах. Основным организато­ром всех мероприятий с лайками был председатель этой секции А.П. Барма­сов.

Большой урон численности карело-финских лаек нанесла Отечественная война. В блокадном Ленинграде сохра­нились лишь единицы этих собак. В Карелии, в деревнях, положение было лучше, но, по рассказам охотников, при отступлении финских войск много ка­релок было увезено в Финляндию. Об этом свидетельствовали многие охот­ники из деревень северо-западной Ка­релии, где мы с Л.П. Никифоровым в 50-е гг. XX в. проводили специальные опросы. О вывозе карело-финских лаек финнами пишет и С. Лапшин со слов В.Б. Рубушкова, получившего эти сведения от своего отца Б.А. Рубушкова. Тем не менее опять из Карелии стали поступать собаки в Ленинград, и по­рода начала развиваться очень успеш­но. В 1957 г. на выставке было пред­ставлено 27 карело-финских лаек, при этом никакого завоза финских шпицев не было. В эти годы в Ленинграде ка- рело-финские лайки по числу почти не уступали русско-европейским, а запад­носибирских практически не было.

В начале 50-х гг. в Карелии (тогда Карело-Финская ССР), где мы с Л.П. Никифоровым на протяжении четырех лет проводили специальные исследо­вания, в карельских деревнях бегали лайки различных мастей, среди кото­рых были и рыжие, других собак кро­ме лаек не было. Много лаек бегало на полной свободе по г. Петрозавод­ску, который и сам был «большой де­ревней» с единственным асфальтиро­ванным проспектом, идущим от вок­зала.

О состоянии собаководства в Каре­лии можно судить по Карельской рес­публиканской выставке охотничьих со­бак, проводившейся в г. Петрозавод­ске в 1951 г. На этой выставке было 30 русско-европейских и 24 карело-финские лайки (других лаек не было), ни одна из этих собак не имела свиде­тельства о происхождении. Однако экстерьерный уровень карело-финских лаек оказался довольно высоким: 3 собаки получили Малые золотые ме­дали, 6 — Большие серебряные, 10 — Малые серебряные, 3 — Бронзовые медали и лишь 2 признаны непород­ными. Экспертизу проводил эксперт всесоюзной категории А.П. Бармасов из г. Ленинграда.

В 1952 г. в г. Петрозаводске была проведена выводка лаек, на которой одна карело-финская лайка получила «отлично» и три «очень хорошо». Все это свидетельствует о том, что в 50-х годах XX века в Карелии еще сохрани­лись высокопородные аборигенные карело-финские лайки. Однако ни ки­нологов, ни экспертов в Карело-Фин­ской ССР не имелось, не появился и энтузиаст, который мог бы заняться племенным разведением аборигенных рыжих остроухих собак. Все заводское разведение велось только в Ленингра­де.

Но в конце 40-х гг. была сделана по­пытка сохранить карело-финских лаек системой «Заготживсырье». Руковод­ство этой организации создало специ­ализированный госпитомник «Карель­ская лайка» около г. Медвежьегорска. В питомнике было собрано типичное аборигенное поголовье рыжих лаек, которое в 1950 г. инспектировал А.П. Бармасов, но питомник просущество­вал только до 1953 года.

Стремление сохранить карело-финскую лайку отмечено в Карелии в сис­теме Карзаготпушнины, а в г. Петро­заводске регулярно проводились выс­тавки охотничьих собак.

В конце 50-х гг. два энтузиаста - петрозаводские охотники Константин Потарушин и Борис Рубушков — поста­вили перед собой задачу воссоздать карелку на территории Карелии, счи­тая ее такой же визитной карточкой края «как карельская береза» — напи­сал Сергей Лапшов в своих записках в Интернете. Там же он пишет, что дело жизни отца продолжает его сын - Ва­лерий Борисович Рубушков.

Б. Рубушков и К. Потарушин искали немногих сохранившихся карельских лаек по глухим захолустьям, особенно «в дебрях» Олонецкого района, где жители деревень вообще не говорили по-русски. Б. Рубушков привез щенка из дальней деревни, ее повязали с ко­белем К. Потарушина, «и от них нача­лась родословная линия возрождения нашей знаменитой отечественной по­роды». Во Всероссийской родословной книге охотничьих собак (BPKOC) упо­минаются эти собаки и их потомки: Альма и Лыска Б. Рубушкова, Бутон Емельянова, Аза и Арик Балина, Рыжик Потарушина и др. «Именно эти собаки значатся предками всех бывших, ны­нешних и будущих «карело-финок», практически новой породы, которую отец воссоздал» — говорил В.Б. Рубуш­ков.

Селекционную работу Б.А. Рубушков вел более сорока лет. Как вспоминает В.Б. Рубушков: «У отца в 60—70-е годы перебывало десятка два собак», часть он привозил из районов, из них остав­лял лучших (Сергей Лапшов).

В Московском регионе разведение карело-финских лаек началось с 1953 г., когда в Москву из Карелии была при­везена единственная сука Койра 1001/ лкф Л.П. Никифорова с одноколейной родословной. Койра 1001/лкф происхо­дила от двух отличных, но не имевших известного происхождения собак Ка­релии — Качю П.С. Богданова и Зорь­ки, принадлежавшей Карело-финскому филиалу АН СССР. Койра от вязок с ленинградскими производителями Ура­ном (вл. А. Остинский) и Марсом (вл. А.А. Арбузов) дала немногочисленное, но очень породное потомство, имевшее уже двухколенные родословные и соста­вившее в Москве основной костяк по­головья следующего поколения.

Племенная работа с карело-фински­ми лайками в Москве сразу пошла по пути заводского разведения. Руководи­ли этим с самого начала Л.А. Гибет и Л.П. Никифоров, несколько позже еще Н.К. Пономарев, затем В.А. Коковин. Появился в стране первый чемпион по­роды — Рейма 1002/лкф, а с 1960 г. разведение карело-финских лаек замет­но активизировалось: если в 1960 г. в план вязок было включено 12 собак (3 кобеля и 9 сук), то в 1968 г. их было уже 36 (11 кобелей и 25 сук). Расцвет породы пришелся на конец 80-х гг., ког­да в плане вязок уже значилось около 80 кобелей и 130 сук.

В 60—70-е гг. по всей Европейской России активно восстанавливались и разводились карело-финские лайки.

Большое поголовье этих собак обра­зовалось в г. Череповце Вологодской области. Много лет руководил большой энтузиаст породы. На выставках ринги карело-финских лаек были значитель­но многочисленнее, чем лаек других пород. Материал карелок первично был получен из Карелии и Ленинграда.

Значительный очаг разведения был в г. Северодвинске Архангельской обла­сти, там было много энтузиастов, осо­бенно В.Т. Рожнов и В.М. Лукоянов. На выставках охотничьих собак превалиро­вали карелки, основа которых была по­лучена из Ленинграда и Кирова. После депрессии собаководства 90-х гг. в на­стоящее время численность карелок там увеличивается.

Пермская область отличалась значи­тельным очагом разведения карело- финских лаек, которые на выставках образовывали самостоятельные ринги. Большим знатоком и руководителем породы был П.П. Салай.

Под руководством С.Н. Громова в 70—80-е гг. отмечался всплеск разве­дения карелок в Калининской (Твер­ской) области, к сожалению, погашен­ный конкурентами.

Очень значительный очаг разведения карело-финских лаек был в г. Горьком (Нижний Новгород), которым занимал­ся кинолог охотничьего общества В. Максимов, позже трагически погибший в автокатастрофе. На выставках демон­стрировались полноценные ринги ка­релок.

Большой по площади и по числу карело-финских лаек была и остается Свердловская область, где карело-фин­ских лаек разводят более сорока лет. Энтузиастом разведения этой породы был Е.А. Якорнов, впервые привезший суку с востока, а затем всецело базиро­вавшийся на собаках из московского очага. Позже к Е.А. Якорнову присоеди­нился молодой и активный эксперт М.Г. Шорсткий, а порода широко распрост­ранилась по Свердловской области, об­разовав еще один очаг разведения в Н. Тагиле под руководством Е. Смирнова.

Заинтересовался породой и опытный питомник ВНИИОЗа в г. Кирове. Од­нако, первоначально завезя абориген­ных лаек из Ленинграда, а затем из Москвы, он занялся подпитием крови финских шпицев; но получаемых щен­ков широко распространял в промыс­ловые районы страны, где они исчеза­ли, не оставив следа. И только единич­ные помеси, остававшиеся в г. Кирове у любителей, вошли в состав породы.

Приведенный перечень очагов раз­ведения карело-финских лаек указыва­ет на большой интерес к этой породе со стороны охотников и широкое рас­пространение по стране. Все это вре­мя мне посчастливилось неоднократ­но проводить экспертизу карело-финских лаек на выставках охотничьих со­бак во всех перечисленных очагах раз­ведения. В настоящее время, помимо перечисленных, возникают очаги на востоке: в Красноярске, Новосибирс­ке, Томске, Иркутске, Магадане, Наход­ке, Владивостоке. Попадают наши со­баки на Камчатку, в Якутию, Бурятию. Постоянно интересуется ими Казах­стан, а белорусы мечтают организовать с москвичами единое общество.

Разведению карело-финских лаек в едином «ключе» на огромной террито­рии России способствует исполнение всех принципов «Положения» о племен­ной работе с охотничьими собаками, созданного российскими кинологами и окончательно подготовленного и утвер­жденного МСХ СССР в 1981г. В настоя­щее время «Положение» о племенной работе еще более конкретизировано и принято Росохотрыболовсоюзом. И в соответствии с этим документом ведет­ся все племенное разведение охотни­чьих собак России, находящихся в ос­новном в единоличном пользовании.

Широкое распространение карело-финских лаек по громадной террито­рии России и происходящий при этом обмен генофондом из разных природ­ных зон способствует повышению жиз­нестойкости собак.

Постепенно как-то само собой полу­чилось, что Москва и Московский ре­гион оказались центром разведения карело-финских лаек. Здесь всегда четко следили за сохранением типа этой породы, и за 60 лет только в еди­ничных случаях в качестве вводного скрещивания использовали финских шпицев для расширения генофонда.

Наименование породы претерпело несколько изменений, но с образова­нием в СССР 16-ой союзной респуб­лики Карело-Финской ССР, утверди­лось название породы карело-финская лайка. И это было ошибкой, т.к. в на­звание аборигенной породы из Каре­лии нельзя было включать обозначение другой страны.

У российских собаководов, владев­ших великолепными в экстерьерном отношении собаками с многочисленны­ми родословными свидетельствами, но не признаваемыми как документы за­падными кинологами, возникло жела­ние влиться в западноевропейское со­баководство. Для этого в 1992 г. была создана Российская кинологическая федерация (РКФ), которая взяла «на вооружение» все правила и положения ведения собаководства Международ­ной кинологической федерации (ФЦИ).

В области охотничьего собаковод­ства была создана Российская феде­рация охотничьего собаководства (РФОС), которая с одной стороны пы­талась сохранить самобытность рос­сийского разведения охотничьих собак, с другой — будучи составной частью РКФ, вынуждена подчиняться ее пра­вилам. Частью этих правил было обя­зательное получение свидетельства о происхождении собаки (родословной) в форме, принятой в ФЦИ. Здесь мы столкнулись с казуистикой — все наши карело-финские лайки записывались в племенные книги с родословными по второй составляющей названия поро­ды, т.е. как финские шпицы, т.к. фин­ский шпиц был учтен как порода в ФЦИ. Но финский шпиц — это самостоятель­ная порода Финляндии, отличающая­ся от карело-финской лайки по эксте­рьеру, высшей нервной деятельности (ВНД), а особенно — по охотничьим ка­чествам. Они более возбудимы, разво­дят их в основном как выставочных собак и как охотников на глухаря, реже лося. Диапазон их охотничьего исполь­зования на родине очень узок. В то время как основной задачей племен­ного разведения карело-финской лай­ки в России было и остается сохране­ние экстерьера небольшой абориген­ной охотничьей лайки Карелии и совер­шенствование ее разносторонних охот­ничьих качеств. Карело-финская лай­ка внешне более скромна, но сухая и выносливая, охотится она на все виды пушных и копытных зверей. Россий­ским охотникам, которых вынуждали получать международные родословные, совсем не нравилось, что их рыжие охотничьи лайки вдруг в одночасье ста­новились шпицами.

Заметно воодушевило сообщение, что в 1993 г. Министерство сельского хозяйства России (МСХ РФ) внесло карело-финскую лайку в Государствен­ный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию под №9428, как породу охотничьей лайки, а оригинатором породы является Мос­ковское общество охотников (МСОО МООиР). Это значило, что порода на­ходится под государственной охраной.

Однако в рамках РКФ превращение карело-финских лаек в шпицев про­должалось, причем требование заме­ны российских документов на между­народные со стороны кинологов охот­ничьих обществ становились все агрес­сивнее. В результате охотники Сверд­ловской области обратились с письмом в РФОС с просьбой о переименовании породы карело-финской лайки в поро­ду русско-карельская или карельская лайка, т.е. просто убрать из наимено­вания слово «финская». Состоявшееся в 2003 г. заседание бюро Президиума РФОС поддержало эту инициативу и приняло решение о названии породы русско-карельская лайка. Однако на этом все дело и закончилось, а карело-финскую лайку в РКФ продолжили превращать в финского шпица.

Особенно большой резонанс имело событие 2006 г. когда, не согласовав свою деятельность ни с Росохотрыболовсоюзом, ни с оригинатором поро­ды МСОО МООиР, 5 июля 2006 г. пре­зидент РКФ А. Иншаков подписал со­глашение с Председателем Финского Кеннел Клуба (FKC) Кари Ярвиненом об объединении карело-финской лай­ки и финского шпица в одну породу «...соответствующую стандарту поро­ды финский шпиц (номер по FCL — 49)». В соответствии с Соглашением «... эти собаки имеют право участвовать в национальных и интернациональных выставках, тестах и испытаниях, как финские шпицы». Одним росчерком пера карело-финская лайка была унич­тожена, несмотря на то, что еще в 1993 г. была внесена в Государствен­ный реестр селекционных достижений МСХ РФ.

Таким образом, президент РКФ А. Ин­шаков «подарил» Финляндии не принад­лежащую ему национальную породу Рос­сии. При этом совершенно не учитыва­лись разные направления племенного разведения. Многими десятилетиями эти породы разводились различно: финский шпиц с упором на совершенствование эк­стерьера, больше как декоративная со­бака, а карело-финская лайка как сугубо охотничья с широким диапазоном охот­ничьего использования. При этом не было учтено, что карело-финская лайка разво­дится в России более 80-ти лет (с 20-х гг. XX в. г. Ленинград), а после 1947 г. как официальная стандартизированная порода, стандарты на которую были ут­верждены в 1952 г., затем в 1972 г. и последний стандарт утвержден Мини­стерством сельского хозяйства (МСХ СССР) в 1981 г. При этом карело-фин- ские лайки входят в племенной состав охотничьих собак, и с 1964 г. записыва­лись во Всероссийскую родословную кни­гу охотничьих собак, а с 1994 г. во Все­российскую племенную книгу охотничь­их собак (ВПКОС).

Для сохранения породы, в основу ко­торой легли аборигенные лайки Каре­лии, 3 июня 2010 г. Всероссийский ки­нологический совет (ВКС) Росохотрыболовсоюза, отвечающий за политику племенного разведения охотничьих собак на научно обоснованной, зоо­технически правильной основе, принял правильное решение — из названия породы убрать слово «финская» и име­новать породу «карельская лайка».

23 мая 2011 г. состоялось заседание Президиума ВКС, на котором было при­нято решение, что с 1 января 2012 г. в справках о происхождении щенков, по­рода должна именоваться как карель­ская лайка. Был решен вопрос о пре­кращении межпородных вязок и не регистрировать щенков, родившихся от одного из родителей породы «финский шпиц». С 1 января 2012 г. во Всерос­сийской племенной книге (ВПКОС) дол­жны регистрировать только российскую породу - карельская лайка. Но... кон­чается 2012 год, и если в охотничьих обществах (к сожалению, не во всех) ведется регистрация карельских лаек, то в РКФ продолжают превращать их в финских шпицев. Этому способству­ют некоторые кинологи охотничьих об­ществ, частные питомники и клубы. В клубах ухитряются у попадающих в их «сети» карело-финских лаек отбирать охотничьи родословные и превращать их в финских шпицев, закрывая этим путь к племенному разведению в по­роде карельская лайка.

Удивляет беспринципность этих лю­дей, полное отсутствие патриотизма и желания сохранить такое сокровище, созданное Природой и людьми, как карельская лайка. Полное игнорирова­ние деятельности в сохранении уни­кальной породы и отдавших часть сво­ей жизни таких энтузиастов, как Е. Ле­онтьева и А.А. Бармасов из г. Ленинг­рада; Б.А. Рубушков и К. Потарушин из Карелии; Л.П. Никифоров, Н.К. По­номарев и В.А. Коковин из Москвы; В.Т. Рожнов из Архангельской области; В. Максимов из г. Горького (Н. Новгород); С.Н. Громов из г. Калинина (Тверь), П.П. Салай из Перми.

Хочется опять обратиться к публи­кации С. Лапшова, который цитирует высказывание В.Б. Рубушкова из Ка­релии: «Карело-финская лайка наша гордость, национальное достояние, живое рыжие золото, которое Карелии нужно пестовать, популяризировать и по всему миру продавать за валюту... Давайте научимся хранить и ценить то, что нам оставили предки».

В создавшейся ситуации с породой единственное, что может ее сохранить как охотничью лайку России, явилось ее переименование. То есть не пере­именование, а возвращение ей ее ис­тинного названия — карельская лайка. Тем более, что в настоящее время уже не существует Карело-Финской ССР, а имеется республика Карелия. К этому и подошел Всероссийский кинологи­ческий совет и принял решение убрать из наименования породы слово «фин­ская», оставив одно — карельская лай­ка. Теперь надо надеяться, что к этому прислушается МСХ РФ и без проволо­чек снимет несвойственное породе сло­во «финская» в Государственном рее­стре селекционных достижений, тем более, что фактический владелец по­роды Росохотрыболовсоюз это уже сде­лал. И надо надеяться, что РКФ вско­ре зарегистрирует новую для себя рос­сийскую породу — карельская лайка и даст возможность демонстрировать ее на всех выставках под ее собственным именем.

  

Л.Гибет, кандидат биологических наук, эксперт-кинолог всесоюзной категории

“Охота и охотничье хозяйство” №3 – 2013 

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now